December 18th, 2019

Кодола

«Первый» государственный

С момента основания канала ОРТ государство владело 51% акций канала. Другая половина принадлежала Березовскому, потом – Абрамовичу, который не скрывал, что контроль над каналом осуществляет государство. В «тучные» годы «Первый» жил за счёт монополии на рекламу – во всём Замкадье гарантированно показывали ВГТРК и ОРТ (бывшее Общественное, ётм, телевидение). Большую часть передач, которые показывал Первый, производила компания «Красный квадрат, которой владела гражданская жена Эрнста Лариса Синельщикова. Это, конечно, было коррупцией, но канал исправно гнал любое дерьмо по просьбе Кремля.

Рекламная монополия окупала лайт-пропаганду до 2014 года, но государству срочно потребовались жареные мальчики и распятые танки по всем голубым экранам страны. Жена Эрнста тут же продала «Красный Квадрат» Аркадию Ротенбергу (читай – Владимиру Путину), а Эрнст с женой развёлся. В 2014 многие разводились, и у всех жёны - супербизнесвумен. Это тупое скотство у нашей околополитической и политической элиты в норме.

С 2019 года основные доли в канале принадлежат Росимуществу, «Национальной медиа группе» Юрия Ковальчука (читай – Владимира Путина) и государственному банку ВТБ. Реклама закончилась, теперь пропаганду делают за мои и твои налоги. Ну, и хрен с ним, мы всё равно телевизор не смотрим.

Но один факт убил меня напрочь... Когда 5 мая 2019 года загорелся самолет Sukhoi Superjet компании «Аэрофлот» и погиб 41 человек, из администрации президента звонили в дирекцию канала, требовали, «этого» в эфире не было. Меня не сама попытка запрета возмутила... Мне просто неприятно, что у власти в моей стране находятся люди, чья компетенция осталась на уровне Хрущёва...

Источник