February 3rd, 2013

Кодола

Живые и мёртвые.

У нас вчера были запланированы гонки на машине времени. И я даже не знал, какие открытия может принести это несложное развлечение. Просто А. решил отпраздновать день рождения, и первым  пунктом нашей программы было погружение в атмосферу восьмидесятых в ресторане "Беломорский". Надо сказать, нам несказанно повезло, потому что 2 февраля, как известно, день встречи выпускников. Нас развлекали выпускники восемьдесят-третьего и восемьдесят-седьмого годов. Не-е-е-передаваемые ошушения: потные толстые тётки в блестящих бирюзовых кофточках и коралловых платьях после водки и салата старательно имитировали движения своей юности под "Modern Talking" вместе с седыми мальчиками. Танцы "в круге", шлепки по попкам  крупам своих школьных подруг (тех, кого недошлёпали в школе), вот кто-то в футболке уже нажрался в хлам, руки вверх; пара седых школьников-мужиков, танцующая медленный танец... И всё это весело, с задором, с улыбками, шутками-прибаутками... После "говядины по-мексикански", в которой правдой была только говядина, мы переместились в наше будущее...
Клубешник, который был "Точка G", а сейчас даже и не важно, как он называется... Апофеоз гламура. Лощёные мальчики, лениво потягивающие радужные коктейли, тыц-тыц-тыц, отбивающее ритм где-то глубже печёнки, одинаковые девочки, заученно кривляющиеся перед зеркалами, орущий ди-джей, обтянутые попы-причёски-светские разговоры, девочка-фотограф, тупо фиксирующий реальность, чтобы эти же мальчики и девочки назавтра полюбовались на себя в глянце...
Утро мы начинали в Полине с кофе и егермейстером. И вот там до меня и дошло...
Потные тётки и седые школьники - до сих пор живы. А лощёные обезьянки мертвы с самого начала. Страшно.